Abbott не разрабатывает новые молекулы, но совершенствует существующие

Елена Карташева

О новых медицинских технологиях и продуктах на российском рынке РБК+ рассказала генеральный директор Abbott в России Елена Карташева.

Какие глобальные тренды влияют на фармацевтический и медицинский бизнес?

Меняются окружающая среда и образ жизни человека — население концентрируется в городах, другим становится рацион питания, кроме того, происходит демографическое старение населения. Эти изменения, по данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), меняют картину заболеваемости — увеличивается доля хронических заболеваний по сравнению с инфекционными. Растет статистика болезней сердечно-сосудистой системы, онкологии, диабета, респираторных заболеваний. Эти тенденции актуальны и для России. Большинство фармацевтических компаний сегодня сосредоточивают свои инновационные разработки на решении этих проблем.

Мировая мединдустрия перешагнула границы, и благодаря этому мы можем внедрять лучшие практики с учетом потребностей и специфики местных рынков. В последнее время благодаря распространению международной экспертизы появляется все больше серьезных разработок для лечения наиболее распространенных заболеваний.

Быстроразвивающиеся рынки, в том числе Россия, инвестируют в развитие национальной системы здравоохранения. Медицинское обслуживание у нас становится более доступным и качественным.

Какие продукты вашей компании представлены сейчас на российском рынке?

Мы работаем в четырех основных направлениях — производство медицинского оборудования, детского питания, средств диагностики, а также фармацевтических препаратов. Выпускаем лекарства для лечения заболеваний в области гастроэнтерологии, женского здоровья, сердечно-сосудистой системы, онкологии и других.

Прежде всего, Abbott — один из лидеров в гастроэнтерологии. Например, по данным IMS (международная информационно-аналитическая компания), мы лидируем на развивающихся рынках с препаратом на основе лактулозы со слабительным эффектом и ферментным препаратом, применяемым при расстройствах пищеварения. Благодаря еще одной нашей разработке миллионы женщин смогли стать мамами, речь о гормональном препарате — аналоге природного прогестерона. Еще одно наше ноу-хау — средство от головокружения, или вертиго.

Классифицируется ли сегодня вертиго как отдельное заболевание?

Нет, но головокружение — один из распространенных симптомов, с которым взрослые пациенты часто обращаются к неврологу. Вертиго может сопровождать более 80 различных заболеваний. К сожалению, в настоящее время такое состояние недостаточно диагностируется. В итоге это приводит к ухудшению здоровья и может быть просто опасным, особенно для пожилых людей.

Как изменился портфель компании за последний год?

В 2017 году мы приобрели компанию St. Jude Medical, признанного новатора и одного из мировых лидеров в области кардиологии. Теперь в нашем портфеле есть все необходимое для помощи пациентам с сердечными патологиями. Сейчас компания работает над новыми решениями следующего поколения, включая цифровые технологии, которые помогут обеспечить лучший уход и сервис для пациентов.

Еще одно наше приобретение — международная компания Alere, которая выходит на лидерские позиции в самом быстрорастущем сегменте — in vitro-диагностике. Переносные тестеры, которые позволяют поставить диагноз мгновенно, особенно важны в критических ситуациях, когда врач должен принять быстрое решение. Среди продуктов Alere есть тесты для домашней диагностики и тесты на беременность. Так что теперь Abbott обладает обширным ассортиментом средств экспресс-тестирования.

Появятся ли в России в ближайшее время новые продукты компании?

Для людей с диабетом Abbott разработал сенсорный глюкометр. Новая революционная технология позволяет определить уровень глюкозы в крови без прокола пальца.

Только что в аптеках появились еще два наших препарата в более удобной форме. Жидкий пребиотик теперь выпускается не только в виде сиропа, который многие дети не любят, но и в виде мармеладных мишек «Дюфамишки» (БАД, не является лекарственным средством). Форма выпуска определялась нами по результатам опросов наших потребителей — мам, а также фармацевтов и врачей.

Как развитие информационных технологий отразилось на фармацевтическом бизнесе?

Технологии позволяют значительно улучшить продукты — от новых препаратов до новых путей доставки, упаковки, включая услуги и новые сервисы для улучшения здоровья. Abbott не разрабатывает новые патентуемые молекулы, но совершенствует существующие решения. Мы применяем инновационные подходы в области фармацевтики. У нас работают 12 фармацевтических научно-исследовательских центров и 29 производственных площадок по всему миру.

На быстроразвивающихся рынках мы одними из первых стали предоставлять информацию и консультировать пациентов в видеоформате. Например, создали видеобуклеты о менопаузе и невынашиваемой беременности для клиник.

Для онлайн-поддержки пациентов, врачей и фармацевтов мы развиваем сервисную платформу ACARE: сайты, мобильные приложения, виртуальные конгрессы и образовательные мероприятия. В России на этой платформе работают информационные ресурсы по гастроэнтерологии, поддержке здоровья печени, женского здоровья, борьбе с депрессией, а также ресурс, посвященный головокружению.

Наш сайт и мобильное приложение о вертиго — доступный источник информации о головокружениях на русском языке с комплексом гимнастических упражнений и советами по питанию, направленными на уменьшение проявления этого состояния. Кроме того, на ресурсе можно найти список сертифицированных клиник для обследования.

Как особенности регионов вашего присутствия сказываются на бизнесе?

Abbott представлен в 150 странах. В основном мы нацелены на быстроразвивающиеся рынки, где высока потребность в качественных и доступных препаратах, в развитии локального производства. Мы стараемся применить те формы бизнеса, которые отвечают потребностям местных потребителей. Поэтому Abbott успешен в каждом из регионов присутствия.

Российский рынок остается для нас приоритетным. Минздрав РФ серьезно нацелен на поддержку инвесторов, на развитие в стране производства фармпрепаратов и медицинского оборудования, на его локализацию. Можно сказать, что мы идем в авангарде — в 2014 году компания приобрела российский «Верофарм». Сегодня это комплекс с тремя производственными площадками и собственной R&D-лабораторией.

Как развивается «Верофарм», выполняет ли свои функции по локализации производства в России?

Abbott инвестировал достаточно серьезные средства в развитие мощностей компании, и мы работаем над дальнейшим планом локализации производства наших продуктов в России. Сегодня мощности «Верофарма» позволяют выпускать примерно 70% всех российских онкологических препаратов в упаковках. Продолжается модернизация линий по производству препаратов этого профиля.

На базе «Верофарма» локализован выпуск продукции трех флагманских брендов Abbott в России в области гастроэнтерологии и женского здоровья, а также других важнейших препаратов, которые никогда раньше не производились в России. Мы продолжаем работать над расширением этого списка.

В первом квартале 2018 года начнем новый этап локализации, включающий полный производственный цикл. Кроме того, в сентябре «Верофарм» подписал стратегическое партнерство с российской компанией по производству медицинских субстанций и готовых форм. Сотрудничество предполагает разработку высокотехнологичного сырья для производства на базе «Верофарма» препаратов для лечения онкологических заболеваний, сердечно-сосудистой и нервной систем. Это хорошее дополнение в портфель компании.

Какие научные разработки вы ведете в России?

R&D-лаборатория работает над новыми лекарственными средствами. Однако процесс разработки нового лекарственного средства достаточно долгий — как минимум три года. Должно пройти какое-то время, прежде чем мы сможет говорить о препаратах, которые выйдут из лаборатории.